Как и все «прогрессивное» человечество, которое деградирует уже не одно столетие, мы периодически заболеваем разными интеллектуальными болезнями. Правда болезни нашего коллективного бессознательного имеют ярко выраженные национальные особенности, которые проявляются в том, что периодически наша элита становится одержимой той или иной философской доктриной, от которой на Западе к тому времени уже отказались, убедившись в ее ошибочности. Яркий пример тому – марксизм, доминировавший в лево-радикальной философии Запада всю вторую половину ХIХ века и полностью потерявший свои позиции в начале ХХ века, в России именно в это время марксизм становится практически безальтернативной идеологией революционной интеллигенции и под властью большевиков поглощает все ее помыслы и миллионы жизней.
Сегодня российский политический класс одержим идеей модернизации, видя в ней спасение от революции, экономической разрухи и возможной потери суверенитета от постепенного экономического поглощения России Китаем. Опасности обозначены правильно, но я не уверен, что наша власть нашла правильный подход к их решению. Модернизация в том виде, как она обрисована в Послании Президента, должна будет базироваться на развитии научного потенциала страны и технологическом переоснащении всей нашей промышленности и только на периферии этого грандиозного процесса, как его побочные последствия будет проходить модернизация общественных отношений и осторожное реформирование политической системы России.
Я понимаю, что для человека изучавшего политэкономию в советском ВУЗе все это звучит очень убедительно и заманчиво, так как марксистско-ленинская философия, лежащая в основе мировоззрения этого человека, есть тупиковая ветвь философии прогресса, зародившейся в эпоху Просвещения. А если наша элита, воспитанная в духе марксистско-ленинской философии, идеологически отказалась от этой доктрины, то неминуемо она должна была мировоззренчески вернуться к корням отвергнутой идеологии то есть к прогрессизму, который на Западе был модным философским течением более века назад (из него, кстати, родилось такое направление в искусстве как конструктивизм). Бес прогресса, которым одержимы все верящие в него подзуживает своих адептов беспрерывно наращивать количество научных, технических и технологических знаний, которые воплощаются в наращивании и модернизации производства материальных благ. Причем эта философия, в основе которой лежит вера в бесконечность и всемогущество технического прогресса человеческой цивилизации, который должен якобы привести ее к земному раю, уже давно разоблачена крупнейшими западными философами прошлого века и изжита экономической практикой ведущих западных стран. Следствием этого явилось новое экологическое мышление, отказ от интенсивного развития экономики и переход к постиндустриальной фазе развития. То есть на Западе больше не верят в технический прогресс, как средство решения всех проблем и достижения всеобщего счастья, а считают его скорее одной из главных угроз, стоящих перед человечеством. Там эти сталинско-хрущевские лозунги времен холодной войны «Догнать и перегнать!» уже давно не имеют какого-либо идеологического смысла.
На это мне могут сказать – так ведь это на Западе, который достиг вершин технологического развития, а нам еще предстоит это сделать, так что техническая модернизация нам нужна как воздух и проводить ее надо по проверенным западным лекалам. И будут одновременно и правы и не правы. Правы в том, что технологическая модернизация нашей стране нужна, но не правы в том, что мы должны идти здесь западным путем. Я уверен в том, что чтобы российская модернизация была успешной, нам необходимо вырваться из плена идеологического материализма западной цивилизации, которая превратила само понятие прогресс в орудие самоуничтожения. Нам надо выработать свою российскую доктрину модернизации страны и в этой доктрине духовная модернизация (духовное возрождение) российского общества должна предшествовать и стать идеологической основой технологической модернизации. Только тогда мы сможем сделать технологический рывок и перейти к постиндустриальной фазе развития.
Я понимаю, что написанное здесь для многих выглядит как бред наивного придурка, который не знает реалий российской жизни. Но давайте посмотрим на все это с другой стороны. То, что наше общество тяжело больно, я думаю, мало кто будет оспаривать. И то, что модернизация делается для общества и для каждого отдельного человека также не вызывает сомнений. Теперь представим, что наше общество есть просто отдельный тяжело и возможно смертельно больной человек. Как мы будем его лечить? Сейчас предлагается под видом модернизации следующий вариант – этому больному улучшают условия жизни и окружают его всевозможными предметами комфорта, при этом непосредственно лечению уделяется очень мало средств и внимания.
Предполагается, что от этих улучшенных условий проживания больной выздоровеет безо всякого лечения. Ну и долго ли в этих хороших бытовых условиях сможет протянуть больной человек без интенсивного лечения? К сожалению, недолго. А об этом наши модернизаторы почему-то не подумали. Ведь прежде, чем бросать все наличные силы и средства на создание тяжелобольному хороших материальных условий существования, его необходимо вылечить, а то в противном случае мы модернизируем не свой дом, в котором будем жить мы и наши потомки, а строим комфортабельный хоспис. А для лечения растленной большевиками и последним двадцатилетием и нравственно больной души российского народа у нашей власти есть все, кроме политической воли.
Да и откуда же ей взяться, если мировоззренчески наша политическая элита не может, а возможно, и не хочет вырваться из тисков материалистического взгляда на основы социальной жизни общества, которое наиболее откровенно и вульгарно звучит в знаменитой фразе –«Бытие определяет сознание». И ведь невдомек им, что истина звучит в точности наоборот.